top of page

Здесь не страшно выходить на улицу…

Сергей уже два с половиной года живет в Варшаве. По просьбе Tg House он поделился наблюдениями о различиях в отношении общества к людям ЛГБТ+ в Польше и Беларуси.


Н.Л: Сергей, какова была причина вашего переезда в Польшу? Была какая-то дискриминация по признакам гендерной идентичности?


С: По политическим мотивам. Как и многие белорусы, я участвовал в протестах. Я программист, когда начались задержания, буквально за две недели сделал визу, собрал чемодан, мы с женой взяли кота и уехали практически в никуда. В Польше у нас не было родственников, я знал только английский, но не польский.


Н.Л: Переход вы осуществляли в Беларуси. Можете поделиться вашим опытом? Как это было воспринято окружающими?


С: Трансгендерный переход я осуществил во время учебы в одном из столичных университетов. В 18 лет я стал на учет в РНПЦ психического здоровья, к 20 годам прошел все комиссии, получил разрешение на смену паспорта и операции. В 2017 году я окончил университет и женился. Отрабатывал распределение в том же учебном заведении, поступил в магистратуру и через два года защитил магистерскую диссертацию.


Н.Л: Какова была реакция других студентов и преподавателей на те изменения, что происходили с вами?


С: У меня были хорошие отношения с одногруппниками, меня все поддерживали. И в деканате университета нормально отнеслись – спрашивали, когда поменяю документы, на какое имя готовить диплом. Мне даже разрешили ходить на «мужскую» физкультуру.


Во время отработки распределения я устроился в университет преподавателем. Наличие психического заболевания – а такой диагноз автоматически пишут в военкомате всем трансгендерным мужчинам – не стало помехой. Университету было все равно.


Н.Л: А как отнеслись к вашему решению о коррекции пола родственники? Они поддержали вас?


С: К сожалению, родители не одобряли моего решения и не поддерживали меня. Поэтому я особенно благодарен белорусскому транссообществу, от которого получил действительно серьезную поддержку. Стипендия тогда составляла 30 долларов, а устроиться на работу я не мог, потому что внешность уже отличалась от фотографии в паспорте. Приходилось выкручиваться – я делал на заказ курсовые работы за других студентов. По окончании отработки я переехал в Брест и устроился программистом в ИТ компанию.


Н.Л: С какими еще трудностями вы сталкивались в Беларуси?


С: Были проблемы с идентификационным номером в паспорте – первая цифра в нем – это маркер пола. Например, в медицинском учреждении мог не пройти паспорт, потому что не сходился идентификационный номер и пол. В Польше такого нет – номер после перехода изменяется.


Н.Л: Вы упомянули медицинские учреждения. Можете сравнить уровень обслуживания и комфорта в медучреждениях Польши Беларуси именно с точки зрения трансгендерных людей?


С: Мои операции по коррекции пола были проведены бесплатно. Так что, я полагаю, что не так все плохо в Беларуси с медициной.


В Польше мне не так страшно ходить к врачам. В Беларуси знающие врачи, у которых есть опыт работы с трансгендерными людьми, относятся нормально. Но если обращаешься к обычному врачу с какой-нибудь банальной проблемой и нужно показывать ему историю болезни – бывает страшновато. Никогда не знаешь, на какого врача попадешь и не будет ли он вести себя трансфобно.

В Польше я нашел хорошего врача, у меня нет боязни медицинских учреждений.


Несомненный плюс – это наличие гормональных препаратов в польских аптеках. Мне писали знакомые, что в Беларуси было проблематично их достать. Здесь есть все, покупаю за полную стоимость.


Н.Л: Есть ли разница в том, как польское и беларусское общество относится к трансгендерным людям?


С: Польское общество более толерантное. К однополым парам, к трансгендерным людям в процессе перехода здесь относятся гораздо спокойнее. Были случаи нападения на людей ЛГБТ+, но они крайне редки. Никто не срывает ЛГБТ-флаги, однополые пары спокойно появляются в общественных местах.


Хотя Польша – католическая страна, в Беларуси у меня было гораздо больше проблем с религиозными родственниками. Они негативно реагировали на переход и сильно давили на меня. Когда уехал, гораздо легче стало жить.


В Беларуси, работая в ИТ-компании, я так и не смог рассказать, что я трансгендерный мужчина. В Польше я тоже работаю в ИТ-сфере и уже рассказал о себе нескольким коллегам. Все хорошо, они подержали меня. Здесь более прогрессивные люди.


В Польше я спокойно выхожу на улицу, у меня нет страха, что кто-то узнает, что я –трансгендерный человек. Очень надеюсь, что придет время, когда и в Беларуси трансгендерные люди будут ощущать себя также комфортно.



0 комментариев

Comments


bottom of page